Тяжелобольных заключенных предлагают немедленно выпускать на свободу


image

05.03.2024 10892

Комитет Госдумы по госстроительству и законодательству рекомендовал парламенту принять в первом чтении законопроект Верховного суда о немедленном освобождении тяжелобольных осужденных. Сейчас закон требует держать их в заключении еще минимум 15 суток после соответствующего решения суда, чтобы дать возможность прокуратуре опротестовать освобождение. Авторы инициативы считают, что поправки позволят «повысить гарантии охраны жизни и здоровья граждан».

Россия – лидер среди европейских стран по количеству заключенных, следует из последнего доклада Совета Европы с участием России (в марте 2022 года наша страна вышла из состава организации). В российских тюрьмах по состоянию на конец 2021 года содержалось 478 714 заключенных. Показатель смертности среди них составил 50,1 человека на 100 тыс. тюремного населения. О том, что исправительная система не в силах обеспечить адекватное лечение заключенных, говорится уже много лет.

В августе прошлого года Генпрокуратура объявила о планах провести масштабную проверку состояния пенитенциарной (тюремной) медицины. Это решение было озвучено после того, как проблему в очередной раз обсудили на всероссийском форуме ОНК в Общественной палате РФ. На форуме, в котором принимали участие представители Генпрокуратуры, говорилось, что заключенные сообщают о случаях несвоевременного лечения, об отсутствии специалистов и лекарств, об устаревшем оборудовании, о сложностях с транспортировкой осужденных в больницы из-за нехватки конвойных. 

Серьезная проблема – диагностика. Некоторые заболевания, включая ВИЧ и гепатит, определяются уже за решеткой. К тому же отсутствует преемственность лечения: у медслужбы ФСИН нет доступа к информационной системе в сфере здравоохранения, где хранятся данные о здоровье заключенного в период, когда он был на свободе. Стоит ли говорить, что контроль качества и безопасности меддеятельности, предусмотренный приказом Минздрава от 2020 года, за решеткой не осуществляется в должном объеме, как нет и достаточного финансирования. Городские же больницы по понятным причинам стараются избегать контактов с тюрьмами и тамошним контингентом.

В декабре прошлого года Верховный суд (ВС) предложил немедленно освобождать тяжелобольных осужденных после вынесения такого решения судом. То есть человека отпустят на свободу еще до того, как решение формально вступит в законную силу. К слову, такая практика существовала вплоть до 2011 года. Однако затем законодательство изменили, и сейчас серьезно больных осужденных в теории могут освободить из тюрьмы минимум через 15 суток. Именно такой срок дается на подачу апелляционной жалобы. Если же прокуратура решит обжаловать приговор, то освобождение тяжелобольного человека откладывается на месяцы.

“Вполне объяснимо намерение ВС «сократить» срок пребывания в учреждении ФСИН, – говорит специальный советник КА Pen & Paper Вадим Яловицкий. – С этой точки зрения новация, безусловно, направлена на повышение шансов выжить”. 

Вдобавок в ст. 399 УПК предлагается включить еще и обязанность администрации учреждения, где содержится больной, вносить представление в суд об освобождении того от наказания. Ранее это мог инициировать лишь сам осужденный. Иными словами, «совершенно прозрачно проект делает намек тюремным администрациям на то, что нужно подключаться к этому процессу», констатировал эксперт. 

По его словам, практика показывает, что в подавляющем большинстве случаев тяжкое заболевание у человека возникает до попадания в места лишения свободы, так что вопрос о необходимости медосвидетельствования встает еще на стадии пребывания под стражей. Чаще всего администрация СИЗО не заинтересована в проведении обследования, больному чинятся разные препятствия: медработники уклоняются от принятия жалоб на состояние здоровья, от заведения медицинской карты, а тюремщики – от удовлетворения просьб арестованного направить на освидетельствование, пояснил Яловицкий. 

Инициативу ВС поддержала уполномоченный по правам человека Татьяна Москалькова. По ее словам, принятие законопроекта позволит облегчить положение многих осужденных. Омбудсмен предлагала внести поправки в соответствующий закон еще в 2017 году, когда она обратилась к президенту России Владимиру Путину с предложением обязать суды освобождать заключенных, у которых тяжелые заболевания. Сегодня при рассмотрении ходатайства об освобождении от наказания  по болезни, помимо медицинского критерия, суд учитывает характеризующие данные самого осужденного, его отношение к совершенному преступлению, погашению им морального, имущественного вреда, а также наличия социальных связей с родственниками. Другими словами, суд вправе отклонить подобный запрос. 

В 2021 году, например, защита бывшего сенатора и глава группы фармацевтических компаний «Биотэк» Бориса Шпигеля, которого обвиняли в даче взятки бывшему губернатору Пензенской области Ивану Белозерцеву, подала в Басманный суд ходатайство об освобождении своего клиента под залог в 2 млн руб. Адвокаты просили об этом, поскольку состояние здоровья Шпигеля стремительно ухудшалось (он страдает тяжелой формой тромбоэмболии и гипертонией третьей степени, с которыми, согласно утвержденному правительством перечню заболеваний, запрещено содержание под стражей). Они получили отказ. В 2023 году защита снова просила о смягчении меры пресечения, поскольку Шпигелю необходима операция на открытом сердце. Верховный суд отказался удовлетворить это ходатайство.

Предложение сделать освобождение больных заключенных не правом, а обязанностью суда одобряет адвокат ассоциации «Коллегия адвокатов Новгородской области “Правовой центр”» Артем Кривонос. Он также обращает внимание на то, что Перечень заболеваний, препятствующих отбыванию наказания, установлен Постановлением Правительства от 6 февраля 2004 г. № 54 «О медицинском освидетельствовании осужденных, представляемых к освобождению от отбывания наказания в связи с болезнью». Указанные в нем недуги – действительно тяжелые заболевания (например, туберкулез, рак, тяжелые формы ишемической болезни сердца), и промедление в надлежащем лечении гражданина может вызвать необратимые последствия. Тогда как право на жизнь в соответствии с ч. 1 ст. 20 Конституции является одним из основных прав человека и гражданина.

Эффективность обсуждаемого закона, как и любого другого, будет зависеть от добросовестности его применения, подчеркивают эксперты. По словам Яловицкого, «особенно ярко это было видно в пандемию, когда и администрации СИЗО, и следователи при попустительстве надзирающих прокуроров отказывали в проведении освидетельствования в специализированных городских медицинских учреждениях даже тех, у кого был выявлен положительный тест на ковид, то есть несмотря на приказы Минздрава и ФСИН». Поэтому, по убеждению эксперта, необходимо предусмотреть ответственность тех, кто будет уклоняться от исполнения прописанных гарантий или не замечать таких фактов вопреки должностным обязанностям.

На днях думский комитет по госстроительству и законодательству рекомендовал принять законопроект, разработанный ВС. В заключении сказано, что поправки позволят «повысить уровень государственных гарантий охраны жизни и здоровья граждан, отбывающих наказание, не допустить чрезмерно длительного ограничения их прав и свобод при применении уголовного наказания в случае тяжкого заболевания осужденного». 

Ожидается, что парламент приступит к рассмотрению законопроекта в ходе весенней сессии. Впрочем, его принятие не решит большую часть проблем, о которых я писал выше. 

“Взаимодействие Минздрава и ФСИН должно выходить на новый уровень, – убеждена член Общественной наблюдательной комиссии (ОНК) Москвы Мария Ботова. – Лечебно-диагностический процесс должен быть больше под властью Минздрава, а режим – за ФСИН”. 

Следовательно, потребуется перевод финансирования хотя бы частично за счет ОМС. И, конечно, в ОНК в очередной раз призывают наконец конкретизировать показания по здоровью для изменения меры пресечения задержанным гражданам.

Примечательно, что в день внесения законопроекта ВС Преображенский райсуд Москвы объявил обвинительный приговор бывшему главврачу крупнейшей в стране тюремной больницы, находящейся в СИЗО «Матросская Тишина», Александру Кравченко. Его приговорили к семи годам лишения свободы с лишением права заниматься административно-хозяйственной и организационно-распорядительной деятельностью в системе здравоохранения и врачебной деятельностью на срок два года, а также его лишили звания "полковника внутренней службы". 

По версии следствия, доктор незаконно освободил в 2020 году четырех осужденных и четырех арестованных, а также перевел без оснований на больничный режим «авторитетного» заключенного. Сам медик настаивает, что выполнял свой долг, спасая жизни тяжелобольных пациентов. Более того, до сих пор диагнозы этих освобожденных из тюрьмы (в том числе установленные в  гражданских больницах — в частности в ГКБ № 51, куда вывозили сидельцев) никем не оспорены. К тому же окончательное решение об их освобождении выносил суд. Кравченко, который почти два года провел в СИЗО в ожидании окончания следствия, а затем приговора, хотя вменяемые ему в окончательном варианте статьи УК не тяжкие, и за них в принципе редко арестовывают, подал апелляционную жалобу. По информации из картотеки судебных дел, она пока не рассмотрена. 

Справочно: по статистике, количество освобожденных заключенных по состоянию здоровья в нашей стране составило: 2219 человек в 2020 году, 2013 в 2021 году, 2132 в 2022 году и 1086 в первом полугодии 2023 года.

Вадим Винокуров

Сетевой медицинский журнал «Медицина Сегодня»
Ссылка